Под надзором. История одной девочки

По статье безнадзорность 10-летняя ученица одной из Ноябрьских школ оказалась в городском приюте. При этом девочка жила у родственников, была ухожена и ходила в школу.

Эта история началась поздним летом, когда Галина Полупанова пришла устраивать в школу свою 10-летнюю племянницу. Назовем ее Леной. Так получилось, что мама девочки сейчас находится в непростой жизненной ситуации и на время Лена вместе с родной тетей и своей двоюродной сестричкой приехала из Волгограда в Ноябрьск. В школу девочку взяли без проблем, но потом ее статусом заинтересовались соцпедагоги и органы опеки.

«Ребенок не может проживать у лиц, которые не являются законными представителями, — говорит начальник отдела по защите прав детства и опеки департамента образования администрации г. Ноябрьска Ольга Савина. — Поймите, в случае непредвиденных обстоятельств мы с тети не можем спросить, почему произошло то или иное действие со стороны ребенка или в отношении ребенка».

Представители опеки стали говорить о том, чтобы Галина оформила опекунство над племянницей. Женщина сначала согласилась, но, когда узнала, что для этого надо собрать около двух десятков различных справок и что уйдет на это не меньше месяца, решила, что смысла заниматься бумажной волокитой нет, ведь Лена приехала сюда не насовсем, а до Нового года или максимум до летних каникул.

«Стали названивать, давить, чтобы я оформляла опекунство, — рассказывает Галина Полупанова. — Меня это стало раздражать, я объяснила, что это наша семья, это не их дело, и мы с мужем решим, оформлять опекунство или не оформлять».

Когда Галина наотрез отказалась оформлять опекунство, и, кстати, по закону они имеет на это полное право, опека расценила это как нежелание женщины брать на себя какую-либо ответственность за ребенка. Со всеми вытекающими последствиями, в том числе и помещением ребенка в приют. Причем опека настаивает на том, что именно об этих последствиях Галину Полупанову специалисты и предупреждали, а Галина утверждает, что как раз о таком шаге ей никто не говорил. Так или иначе, но когда Лену забрали, по словам женщины, она понятия не имела кто, куда и зачем увез ребенка.

— Я сидела на уроке и меня прямо с урока забрали к директору, — вспоминает Лена.
— А кто?
— Блондинка с длинными волосами. Там милиционер сидел, он сказал, что надо проехать куда-то, сказал, там много детей.
— Ой, это очень тяжело было, — говорит Галина Полупанова.
— Никто не позвонил?
— Был звонок, но я в автобусе ехала, сказала перезвоните, я не слышу. И все, больше никакого звонка не было.

Галина работала на промысле, за 200 от города. Звонки туда действительно не всегда проходят. Маме девочки опека не звонила. Говорят, не могли найти.

Галина после множества звонков и обращений во всевозможные инстанции нашла Лену глубокой ночью, но в тот день ей удалось поговорить только с охранником. А утром руководство учреждения, ознакомившись с документами, причин задерживать девочку у себя не нашло. Лену отпустили домой, к тете. Для чего тогда надо было забирать ребенка? И забирать прямо из школы? Это нам объяснили представители опеки и прокуратуры.

«Насколько я владею информацией, застать взрослых не было возможности, — говорит помощник прокурора Валерий Баклынков. — Как и выяснить, в каких условиях проживает ребенок, подтолкнуть тетю к каким-то действиям».

«Других возможностей не представлялось. Вечером двери закрыты, — рассказывает Ольга Савина. — Опека опасалась того, где ребенок, как питается, жив, здоров ли. Была информация, что она одна на ночь остается с малолетней».

Галина недоумевает: ребенок ухожен, с ней занимается репетитор, у нее есть все, что необходимо 10-летней девочке, и, если домашние задерживаются на работе, к сестрам приходит няня. При этом Лену забрали в приют за безнадзорность. С этим вопросм Галина обратилась в городскую прокуратуру. Но там подтвердили, что опека и инспекция по делам несовершеннолетних действовали в рамках закона. И факт, что ребенок в городе находится без законных представителей, установлен.

«По действующему законодательству без регистрации разрешается пребывание 90 дней», — объясняет Баклынков.

По закону только родители или официальные опекуны являются законными представителями несовершеннолетних. И выходит, что, если горожане, к примеру, собираются отправлять детей на лето к бабушкам, куда-нибуть в теплые регионы, то бабушкам, надо быть начеку с местными органами опеки или же заранее позаботиться об оформлении опекунства. Иначе…
Хотя есть человек, который уверен, что в этой истории далеко не все приоритеты расставлены как надо.

«Речь идет не о посторонних людях, а о близких родственниках, которые, по сути, часть ее семьи, — считает адвокат Денис Витенберг. — Зачем девочку из другого города, которой и так тяжело ходить в другую школу, другой коллектив, увозить в центр, ничего не сказав. Конечно, эти действия во вред. Хотя формально закон соблюден, но, исходя из целей закона, который охраняет интересы ребенка, эти интересы были нарушены. А формальное применение закона без учета фактических обстоятельств есть неправильное его применение».

Что касается нашей истории, то она еще не окончена, но Галина оформляет опекунство, претензий к ней у органов опеки теперь нет. А Лена на следующий день после приюта попала в больницу с диагнозом острый гастрит. Есть ли между этими событиями связь, неизвестно, но навещали девочку в больнице только родные люди.

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.